Top-soc

Древний Улюлюйск

Об Улюлюйске писали многие античные авторы, включая Геродота, Страбона, Азиния Поллиона, Корнелия Непота и Диогена Лаэртского. Крупнейшим памятником величию древнего Улюлюйска является сочинение Путинида из Селигера — О знаменитых мужах (De viris illustribus) в 14 856 книгах. Сочинение долго считалось утраченным, пока улюлюйские краеведы не нашли в районной библиотеке 578 из 14 856 книг. Малая толика, но и она позволяет судить о славе древнеулюлюйского оружия, блеске улюлюйских властителей и богатом культурном наследии нашего края.


Официальные аккаунты Путинида в социальных сетях, созданные благодаря изобретённой КБ им. Петрика машине времени: ВКонтакте | Facebook | Livejournal

На фото: бюст Путинида из Селигера

Чуров (CIVROVVS)

(Из сочинения Путинида из Селигера)

1. Теперь перехожу я к рассказу о Чурове. Хотя достоверно известно об этом достойнейшем муже немногое, я постарался собрать всё, что рассказывают о нём, от вещей правдоподобных до небылиц, с тем лишь намерением, чтобы ничего не упустить.

2. Уже само происхождение его вызывает множество споров. Одни говорят, что он был сыном весталки и бессмертного, подобно близнецам Ромулу и Рему. Другие утверждают, что он был сыном божественного Иосифа и некой гречанки, по недоразумению или в силу какого-то неблагоприятного предсказания выброшенным в лес на съедение львам и подобранным пастухами. Наконец, третьи рассказывают, что он вовсе не был рождён женщиной, а был создан из грязи, пауков и всяческих гадов колдовским способом фессалийской ведьмой Хрисидой. Как бы то ни было, все сходятся на том, что он происходил из Фессалии и имел славу колдуна, заслуженную или незаслуженную.

На фото: сильно повреждённая бронзовая дощечка, изображающая Чурова (по другим данным, Кураева)

3. О молодости его также рассказывают противоречиво. Одни говорят, что он ещё до достижения совершеннолетия занялся магией, научился летать по воздуху, красть луну с неба и превращать бурдюки с вином в полноправных граждан в дни собраний. По другим сведениям, в молодости он занимался с известными геометрами и даже хотел посвятить свою жизнь наукам, но случившиеся потрясения разорили его, обратив из богача в почти нищего. Замотавшись в во многих местах рваную тогу, он сначала просил подаяния, а потом сделался клиентом бывшего наместником Петрополитании Анатолия. Каждое утро, как подобает клиенту, он являлся к Анатолию с поздравительными речами и настолько искусно хвалил его деяния, его натуру и его внешний вид, что получал вдвое против обычно подношения продуктами, а вскоре перешёл на ежегодное жалование и смог отчасти восстановить разрушенное кредиторами хозяйство. Наконец, ходят и такие слухи, что в молодости Чуров был разбойником, хотя я думаю, что говорящие так смешивают его с Якеменко, начальником детского легиона.

4. Прославился он уже в пожилом возрасте, сделавшись, по настоянию божественного Владимира, надзирателем за правильностью голосования в комициях. Это было тогда, когда Сурков решился восстановить видимость республики и возобновил собрания граждан, стремясь, однако, к тому, чтобы исход их всякий раз был предупреждён заранее. Эту-то задачу он и поручил Чурову.

5. Делал он это будто бы следующим образом. Собрав всех своих рабов и рабов божественного Владимира, он велел им обходить цирюльников и подбирать состриженные волосы граждан, допускаемых в комиции. Эти волосы посланные собирали в специальные мешки и во множестве относили в дом Чурова, где для них было выделено несколько комнат. Собрав, таким образом, отрезанные волосы множества граждан, Чуров в ночь накануне собрания распускал всех своих слуг, оставаясь вместе с несколькими преданными рабами. Сбросив с себя всю одежду, он натирался чудодейственными мазями, разжигал огонь и принимался, начиная летать по своему дому, как птица, бросать в огонь волосы граждан вперемешку с различными гадами и волшебными травами. То же делали и присутствовавшие при этом рабы. Рассказывают, что один из этих рабов, обидевшись на что-то на господина, бежал от него за Дунай, благодаря чем всё это чудовищное колдовство и сделалось известным. Ведь те граждане, волосы которых Чуров бросал в огонь вместе со снадобьями, на следующий день просыпались как бы сами не свои, напоминая того человека, которому ведьма вырвала сердце и заткнула образовавшуюся рану губкой. Чуров же, как только комиции заполнялись, вылетал из своего дома в образе петуха и своим криком указывал гражданам, волю которых он колдовски похитил, голосовать за то или иное решение. На следующий день, впрочем, он возвращал им волю тем же способом, опасаясь, что в противном случае они не смогут отражать нападения варваров на границах. Были, однако, и такие, волосы которых он забывал бросить в огонь повторно. Несчастные с каждым днём становились слабее и вскоре умирали без видимых причин.

6. Итак, я рассказал тебе, читатель, эту милетскую сказку. Помимо неё есть и другие объяснения, более подходящие для тех, кто не склонен доверять греческим басням. Рабы, которых Чуров посылал будто для сбора волос для колдовства, на самом деле подслушивали разговоры граждан и обо всём докладывали Чурову. Другим же рабам, вооружённым палками и кинжалами, Чуров приказывал являться в дома тех, кто позволял себе речи против божественного Владимира и его сторонников и голосовал в комициях против утверждённого цезарем решения. Угрожая расправой и отнятием имущества, посланцы принуждали их голосовать так, как хотел он сам. Басню же про колдовство Чуров будто бы придумал сам, чтобы ещё больше запугать граждан.

7. Есть, впрочем и такие, кто возражает и против первого, и против второго. Они утверждают, что результаты голосований связаны не с искусством Чурова, а со всенародным обожанием, которым пользовались божественный Владимир и его сторонники. Любовь к ним граждан будто бы была настолько велика, что на какую бы должность они ни выставляли кандидатуры, всегда могли рассчитывать на успех, не прибегая ни к подкупу, ни к угрозам, ни к колдовству. С этим последним мнением я не могу согласиться. Я сам видел надпись в фастах, оставленную по приказу божественного Деметриоса, где Чуров именовался колдуном. Если Чуров не занимался магией и не делал вид, что ею занимается, зачем бы божественному Деметриосу понадобилось оставлять эту надпись? О верности же первого и второго мнения я предлагаю судить читателю.

8. Чуров был сед, носил бороду, которую сам стриг, завивал и намазывал маслом. Вообще насколько темны были слухи о нём, настолько благообразен был его вид. О семье его и ничего неизвестно, кроме того, что я уже рассказал в начале этой истории. Говорят также, что он прилетал по ночам в детский легион, где предавался утехам без разбору с юношами и девочками. Другие же приписывают это не ему, а Якеменко, о котором я упоминал.

9. О Чурове достаточно.